Труд и служба, торговля и коррупция (часть 1)

Три года назад мы писали о поправках в Трудовой кодекс, запрещающих легализацию трудовых отношений посредством заключения не трудовых, а гражданско-правовых договоров с работниками (не спите, хананеи?). Почему Трудовой кодекс так ревниво оберегает специфические права сторон (не только работника, но и работодателя!) трудовых отношений? Ответ найдёте в статье 1 «Цели и задачи трудового законодательства»[1]. В чём специфичность прав в трудовых отношениях? Ответ можно найти в статье 15, если внимательно её прочитать и разложить по полкам. В чём специфичность самих трудовых отношений и труда как такового? Почему политэкономия при определении труда и капитала ассоциирует труд только с наёмным работником, игнорируя труд предпринимателя-капиталиста. Попробуем разобраться в этом хитром вопросе…

1. Трудовые отношения

Трудовые отношения – это безрисковые отношения стабильности и постоянства. Именно по этой причине «срочный трудовой договор» в Трудовом кодексе – лишь несущественный, преходящий и весьма условный, компромиссный вариант (смотри статью 59) юридического оформления временных и неустойчивых (то есть не заслуживающих внимания по сути!) трудовых связей, который согласно норме статьи 79 автоматически становится договором, заключённым на неопределённый срок, как только отношения между сторонами становятся более-менее стабильными, даже несмотря на то, что это застало врасплох незадачливого работодателя. Этой нормой законодатель как бы «благословляет» работодателя определиться (то есть определить себя в этом не сильно дружественном к нему либерально-рыночном мире индивидуализма, корысти, стяжания прибыли и наращивания капитала любой ценой) и нести социальную ответственность за трудовую судьбу нанятого им работника на долгую перспективу, то есть выстраивать с людьми длительные стабильные отношения, каковые могут успешно сложиться только в трудовом коллективе, в обществе, где труд является главной ценностью. А как иначе?!

Трудовые отношения и служба

В чём специфичность прав сторон трудовых отношений, защищать которые призван Трудовой кодекс? Ответ найдёте в статье 15, если попытаетесь представить и изобразить это определение в виде картинки. И что бросится в глаза на этой картинке? Правильно! Вопиющее неравенство сторон трудовых отношений. Почему вопиющее? Да потому что неравенство людей! Нет-нет, почему вопиющее, кто вопиёт-то? Да, вроде всё тихо )) Ну неужели всё так правильно и все молчат? Именно так, все заняты, все при делах и некому возмущаться, все на своих местах! Это – идеал трудовых отношений. У вас не так что ли? Тогда спрос с первого лица – с того самого «красного человечка», что на самом верху: руководителю вашей организации не просто выполнять лукавые условия контракта (не будем пока называть это «трудовым договором») со своим работодателем. Как, разве не он работодатель?! Загляните в статью 20 Трудового кодекса. Удивились? Тогда давайте разберёмся в специфике трудовых отношений, чтобы понять особенность политэкономии труда и капитала, специфичность прав сторон тех корпоративных связей (не будем пока называть вашу организацию громким словом «трудовой коллектив»), которые не дают распасться вашей организации…

Трудовые отношения и служба: порядок, субординация и дисциплина персонифицированного труда

Что такое труд понятно каждому с детства, все мы помним как наши мамы-папы уходили утром на работу, а вечером, придя с работы, проверяли домашние задания, которыми заставляли (система принуждения «поощрение/наказание», «кнут и пряник» всегда была индивидуальной, но она была!) нас сделать что-то полезное по дому (убрать постель, помыть за собой посуду или хотя-бы собрать разбросанные игрушки) а позже, в школьные годы – проверяли наши домашние уроки. Бывает, заигравшись (у игроков нет внутренних ограничителей!), дети забывают выполнить задание взрослых, что влечёт за собой наказание разной степени тяжести (от устного порицания до ремня) как обязательный атрибут воспитания дисциплины. Индивидуальный труд, в отличие, например, от игры (об играх речь пойдёт в следующих главах), это то, без чего не вынуть даже «рыбку из пруда». Даже дармовые и «ничейные» грибы и ягоды в лесу необходимо сперва потрудиться собрать и обработать перед употреблением (о «потреблении» – чуть позже). С чего начинается социальный, то есть общественно полезный труд? С того, что кто-то что-то делает не для себя, а для других, для неопределённого круга лиц. В трудовых отношениях эти «другие» или «неопределённый круг лиц» воплощён в работодателе, задача которого социализировать (коллективизировать) ваш индивидуальный, «личный труд» (есть такое понятие в Трудовом кодексе, см. статьи 11, 16, 191, 67) с одной стороны и индивидуализировать совокупный общественный продукт в виде оплаты труда (то есть выплатить вам заработную плату) – с другой.

Для тех, кто не знаком с нашей указанной выше публикацией трёхлетней давности, отметим, что в статье 15 трудовые отношения определяются через личное выполнение работником трудовой функции и его подчинение правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда. Другими словами, трудовые отношения изначально основаны на неравенстве сторон и это неравенство изначально a priori закреплено в Трудовом кодексе: работодатель, обладая властными полномочиями, издаёт приказы и распоряжения, утверждает «правила» и «положения», через своих представителей даёт поручения работнику, а работник обязан подчиняться приказам, выполнять указания представителя работодателя (поручения своего начальника) и несёт за надлежащее или ненадлежащее исполнение своих трудовых обязанностей персональную, личную ответственность (вплоть до увольнения). Именно с учётом такого неравенства сторон, всё трудовое законодательство выстроено так, чтобы максимально исключить любые риски[2] для работника, то есть обеспечить социальную защиту работника и обязать работодателя нести ответственность за физическое, материальное и социально-бытовое благополучие работника, чей труд он использует в своих, точнее (учитывая, что работодатель представляет «других», «неопределённый круг лиц» потребителей – пользователей труда или продуктов труда работника) – в общественно-полезных целях.

Трудовые отношения – это отношения субординации. Субординация вертикальна, отношения соподчинённости выстраиваются работодателем иерархично: сверху вниз спускается управляющий сигнал, снизу вверх возвращается отметка или отчёт об исполнении (или объяснительные). Так функционирует вертикально структурированная организация. Индивидуальный, личный труд (понятие «личный труд» не спроста фигурирует в указанных выше статьях Трудового кодекса) каждого работника внутри организации трансформируется в коллективный труд, продукт которого работодатель предоставляет в распоряжение общества через сложившуюся в нём систему распределения и потребления продуктов труда (об этом, как обещано, в следующей главе) будь то рынок, госплан или социальные пособия.

Поскольку в трудовых отношениях, как мы выяснили, a priori присутствует власть (несмотря на то, что в Трудовом кодексе вы не найдёте этого слова применительно к работодателю!), то к ним наиболее близки отношения службы. Эти родственные по сути отношения различаются лишь тем, что, в отличие от трудовых, служба предполагает более жёсткую и беспрекословную иерархию вертикальных связей. Более жёсткую потому, что работодателем выступает сама власть в лице государственных органов: подразделения МО, МЧС, МВД и других правоохранительных структур и, наконец, разветвлённый аппарат государственной гражданской службы допускают ненормированный труд как неизбежность. Трудовое законодательство, предполагая нормированный труд, не столь жёстко регламентирует отношения между работником и работодателем, как специальные федеральные законы и уставы таких служб. Исключение составляют служебные командировки, в которых труд работника нормировать не возможно в принципе, поскольку он находится за периметром своей организации, выполняя служебное задание. Этим, кстати, объясняется парадоксальная, на первый взгляд, норма последней части статьи 13, но об этом чуть позже.

Итак, трудовые отношения и родственные им служебные отношения – это вертикальная иерархия и субординация служебных связей, из которых складывается пирамида организации. Никакой свободы и равенства. Что же это за отношения такие, где же справедливость? В противовес им (всё познаётся в сравнении) гражданско-правовые отношения как раз основаны на свободе договора и равенстве договаривающихся субъектов. Гражданский кодекс начинается (часть 1, статья 1) с того, что гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора… Граждане (физические лица) и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданско-правовые отношения – это стихия обмена между произвольно блуждающими в поисках ресурсов социальными «атомами» в хаотичном переплетении многочисленных и мимолётных горизонтальных связей. Никто и ничто не гарантирует вам стабильное место в плоскости горизонтально изменчивого мира «ты – мне, я – тебе». Вот где царство свободы и где все равны! Попробуйте в отделе кадров заявить о «праве» на свободное изменение условий вашего договора или предъявить своему начальнику «равные» права. В нормальной организации вас быстро поставят на место (именно на то, которое именно вы должны занять!) или укажут на дверь (т.е. попросят выйти за периметр «на волю») и будут правы, поскольку трудовое законодательство обязывает работодателя проявить власть, наладить систему и тем самым навести порядок в организации, заранее расставив всё и всех по своим местам, и обеспечить соблюдение трудовой дисциплины. Как происходит расстановка по местам? Сперва, при проектировании организации – по штатному расписанию. Как великий Дмитрий Менделеев разложил в своё время химические элементы по полочкам своей знаменитой таблицы, так и работодатель заранее определяет «удельный вес» необходимых ему работников в таблице штатного расписания своей будущей организации.

В публикации «Этика труда: когда профессия становится стандартом» мы указывали, что как в таблице Менделеева каждому элементу определена своя ячейка, так и в таблице штатного расписания работодатель определяет первоначальную расстановку кадров с изначально сформулированным функционалом в виде должностных или рабочих/производственных инструкций, которые потом персонализируются в виде трудовых договоров с определёнными трудовыми функциями конкретных лиц (в Трудовом кодексе – «личный труд»). Далее эти лица, наделённые работодателем определённым конкретным функционалом (должностные/рабочие/производственные инструкции), перемещаются внутри организации в определённом работодателем пространственно-временном и функциональном порядке (правила внутреннего трудового распорядка, инструкции и правила по охране труда и пр.) в пределах того периметра и границ, которые определяет работодатель своими локальными актами (включая направление работника «за границу», в служебные командировки).

В этой связи, весьма любопытен расклад статьи 13 – норма, согласно которой локальные нормативные акты работодателя действуют в отношении его работников независимо от места выполнения ими работы. Как мы отмечали в упомянутой публикации («Этика труда…»), Трудовой кодекс признаёт распространение приказов работодателя не только за пределами рабочих мест, которые он обязан контролировать, но и за пределами самой организации. И если в отношении рабочего места границы более-менее законодательно определены (см. понятие «рабочее место» в ст. 209 Трудового кодекса), то условный периметр организации или правовое пространство своих локальных актов работодатель должен определить самостоятельно, применив власть, которой его наделяет Трудовой кодекс! Именно он и никто другой обязан чётко разграничить сферу действия своих локальных нормативных актов в отношении своих работников (поимённо, вспомните понятие «личный труд», то есть буквально под роспись!) и указать им, буквально, их место (не только рабочее, но рабочее – в первую очередь), определить пространственно-временные и функциональные границы, обозначив правовой периметр и расставив всё и всех по своим местам.

Почему трудовое законодательство так ревниво оберегает свой периметр, заставляя работодателя внести предельную ясность в обозначении границ правового поля. Что происходит, когда работник переступает невидимый условный (обусловленный работодателем) порог своей организации. Как не покажется парадоксальным на первый взгляд, эти условные границы, этот невидимый периметр разделяют два совершенно противоположных мира, недопустимость смешения которых – вопрос здоровья, жизни и смерти любой организации в целом и каждого работника в отдельности.


сноски:

[1] Здесь и далее приводятся статьи из Трудового кодекса, если прямо не указано иное.

[2] Особенно риски, связанные с играми, в которые играют предприниматели по роду своей профессиональной деятельности.

Продолжение следует…

А теперь для души:
Ну-ка, идентифицируйте национальность…

…этой игры ))

Всё гораздо проще!

…как-то так в итоге получится…

exclame

© Марат Байгереев.
© АНОО ДПО «Институт труда». Иркутск, июнь 2017 г.

 

Заявки на дистанционное обучение принимаются по эл. почте: seminar@vsf-niitruda.ru или на нашем сайте: он-лайн заявка